Какой псевдоним выбрал себе тристан

Какой псевдоним выбрал себе тристан

Звездные псевдонимы и их необычные истории

womanway

Многие из имен, которые мы регулярно видим на обложках журналов и слышим по телевизору, на самом деле не более чем красивая игра слов, поскольку знаменитости любят брать себе псевдонимы, придуманные самостоятельно или посредством легкой руки продюсера. Кому-то просто нравится звучание определенного слова, а кто-то вкладывает в него глубокий скрытый смысл – причины создавать себе новое сценическое имя у каждого свои. Чем же обусловлены те или иные имена звездных людей, и как же их зовут на самом деле? Читайте дальше…

Леди Гага (на самом деле Стефани Джерманотта), всегда отличалась экстравагантным вкусом, привычками и пристрастиями. Девушка любила творчество Фредди Меркьюри, особенно его хит «Радио Гага». Именно вторая часть его названия и стала прозвищем эпатажной певицы – Леди Гага.

А вот сценическое имя певицы Алисии Мур, больше известной нам как Пинк, имеет действительно странную историю, да не одну. Некоторые источники гласят, что однажды девушке захотелось экспериментов, и она покрасила волосы на самом деликатном месте в розовый цвет. Видимо, секрет ее кто-то раскрыл, от чего и пошло прозвище Пинк, под которым мы и знаем ее сейчас. Забавная история, ничего не скажешь. А другая версия возникновения псевдонима Пинк повествует о другом: дескать, в школе Алисия была очень скромным и застенчивым ребенком, отчего лицо ее часто приобретало характерный розоватый оттенок, за что одноклассники и прозвали ее Пинк.

Актриса Дженифер Энистон, которая на самом деле носит сложное и плохо выговариваемое имя Дженифер Джоанна Анастассакис, кардинально его не меняла, а лишь переделала на американский манер. Когда актриса начала делать первые шаги к славе, она вовремя поняла, что ее греческую фамилию выговорить и запомнить мало кому под силу.

А знаменитая стриптизерша Дита фон Тиз, в жизни Хизер Рене Суит, взяла себе сценическое имя «Дита» в честь своего кумира – кинозвезды 20-х годов Диты Парло. Однако в 1999 году, когда у девушки намечалась съемка для журнала «Плейбой», издатели запросили у красотки ее полное имя. Тогда девушка открыла телефонный справочник, и выбрала себе звучную фамилию «Фон Триз». Но редакторы журнала допустили опечатку, и окрестили ее Дитой Фон Тиз – именем, которое и принесло славу будущей королеве бурлеска.

Певица Кэти Перри по документам носит имя Кэти Хадсон. Когда карьера будущей звезды начала подниматься вверх, она решила, что имя ее слишком схоже с именем другой знаменитой девушки – актрисы Кейт Хадсон. Чтобы избежать путаницы и сделать собственное прозвание более ярким и запоминающимся, девушка выбрала новую звучную фамилию и стала Кэти Пэрри.

Крепкий орешек Брюс Уиллис, имя которого на самом деле не Брюс, а Вальтер, обязан своим новым псевдонимом продюсерам: те решили, что имя его слишком романтичное, для брутального героя боевиков, и заменили его более твердым.

Певца Рики Мартина на самом деле зовут Энрике Моралес. В выборе псевдонима его толчком стала ссора с отцом, из мести к которому он сменил данное ему при рождении имя Энрике на более яркое – Рики. Его пристрастие к алкогольному напитку мартини обусловило выбор сценической фамилии певца.

Не менее интересны и истории псевдонимов отечественных звезд. Например, певицаЛера Массква безумно хотела назвать себя в честь своего любимого города, однако чтобы получить имя Москва, пусть даже и в качестве сценического, необходимо чуть ли не разрешение президента. Потому девушка немного изменила вожделенное прозвище, и назвала себя Лера Массква.

А певица Макsим, которая по документам Марина Максимова, еще с детства хотела быть мальчиком. К тому же сыграла роль ее фамилия, и ее брат, имя которого тоже Максим. Так эта нежная и хрупкая девушка стала называться вовсе неженским именем.

Восточная красавица Жасмин (Сара Семендуева) получила свое прозвище от продюсера, у которого вызывала ассоциации с диснеевской принцессой Жасмин, возлюбленной Алладина. Певицу очень огорчает, когда поклонники допускают в ее имени ошибки: так однажды незадачливый фанат перепутал цветок, и назвал девушку Розой

Оба родителя Наташи Ионовой, более известной нам как певица ГлюкOZA – программисты. Как известно, среди системщиков глюкозой называется программа, которая глючит. Глючило в юном возрасте и будущую певицу: она постоянно попадала в какие-то неприятности или нелепые истории, отчего одноклассники называли ее Глюк или Глючка. Когда певица начала работать с продюсером Максом Фадеевым, и рассказала ему этот забавный факт из своей жизни, тогда он и предложил назвать ее проект «ГлюкOZA», под которым ее и запомнили поклонники.

Как видите, псевдонимы звезд нередко возникают по чистой случайности. Странно подумать, что имена, которые сейчас на устах всего мира, когда-то были лишь детским прозвищем или обычной опечаткой.

Какой псевдоним выбрал себе тристан

  • ЖАНРЫ 359
  • АВТОРЫ 257 398
  • КНИГИ 590 332
  • СЕРИИ 21 987
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 549 407

Роман о Тристане и Изольде

Из всех произведений средневековой поэзии у народов Западной Европы самым распространенным и любимым была повесть о Тристане и Изольде. Свою первую литературную обработку она получила в XII веке во Франции, в форме стихотворного романа. Вскоре этот первый роман вызвал целый ряд подражаний, сначала на французском, а затем на большинстве других европейских языков – на немецком, английском, итальянском, испанском, норвежском, чешском, польском, белорусском, новогреческом. В течение трех веков повестью о пылкой и трагической страсти, связавшей двух любящих и в жизни и в смерти, зачитывалась вся Европа. Бесчисленные намеки на нее мы встречаем в других произведениях. Имена Тристана и Изольды стали синонимами истинно любящих. Нередко их давали в качестве личных имен, не смущаясь тем, что святых с такими именами церковь не знает. Отдельные сцены из романа множество раз воспроизводились на стенах зал в виде фресок, на коврах, на резных ларцах или кубках.

Несмотря на такой огромный успех романа, текст его дошел до нас в очень плохом состоянии. От большинства названных обработок его сохранились лишь отрывки, а от многих и совсем ничего. В эти смутные века, когда книгопечатания еще не существовало, рукописи погибали в колоссальном количестве, ибо судьба их в тогдашних ненадежных Книгохранилищах была подвержена случайностям войны, разграблений, пожаров и т, п. Погиб целиком и первый, древнейший роман о Тристане и Изольде. Однако тут пришел на помощь научный анализ. Подобно тому, как палеонтолог по остаткам костяка какого-нибудь вымершего животного восстанавливает все его строение и свойства, или подобно тому, как археолог по нескольким черепкам восстанавливает характер целой угаснувшей культуры, так литературовед-филолог по отражениям погибшего произведения, по намекам на него и позднейшим его переделкам может иногда реставрировать его сюжетные очертания, его главнейшие образы и идеи, отчасти даже его стиль.

Такой работой над романом о Тристане и Изольде занялся видный французский ученый начала XX века Жозеф Бедье, сочетавший в себе большие знания с тонким художественным чутьем. В результате этого явился воссозданный им и предлагаемый читателю роман, представляющий одновременно и научно-познавательную и поэтическую ценность.

Корни сказания о Тристане и Изольде уходят в глубокую древность. Французские поэты и рассказчики получили его непосредственно от кельтских народов (бретонцы, валлийцы, ирландцы), сказания которых отличались богатством чувства и фантазии.

Детские годы Тристана

Не желаете ли, добрые люди, послушать прекрасную повесть о любви и смерти? Это повесть о Тристане и королеве Изольде. Послушайте, как любили они друг друга, к великой радости и к великой печали, как от того и скончались в один и тот же день – он из-за нее, она из-за него.

Читать еще:  Как правильно выбрать пасту для шугаринга

В былые времена царствовал в Корнуэльсе король Марк. Проведав, что его враги на него ополчились, Ривален, король Лоонуа, переправился через море ему на помощь. Служил он ему и мечом и советом, как то сделал бы вассал, и служил столь верно, что Марк наградил его рукою сестры своей, красавицы Бланшефлер, которую Ривален полюбил несказанной любовью.

Он сочетался с нею браком в церкви Тинтажеля. Но едва успел он жениться, как до него дошли вести, что его старинный враг, герцог Морган, обрушившись на Лоонуа, разоряет его земли, опустошает нивы и города. Наскоро снарядил Ривален корабли и повез Бланшефлер, беременную, в свою дальнюю страну. Пристав у своего замка Каноэль, он оставил королеву на попечение конюшему своему Роальду, которому за его верность дали славное прозвище: Роальд Твердое Слово. Затем, собрав баронов, он отправился на войну. Долго ждала его Бланшефлер. Увы, ему не суждено было возвратиться! Однажды она узнала, что герцог Морган вероломно убил его. Она не оплакивала его: ни стонов, ни сетований. Но ее члены сделались слабыми и безжизненными; душа ее страстно пожелала вырваться из тела. Роальд старался ее успокоить.

– Государыня! – говорил он. – Прикоплять горе к горю нет выгоды. Разве всем родившимся не предстоит умереть? Пусть же Господь примет умерших, и да сохранит он живых.

Но она не хотела его слушать. Три дня ждала она свидания с милым супругом; на четвертый родила сына и, взяв его на руки, сказала:

– Сын мой, давно желала я увидеть тебя: вижу прекраснейшее создание, какое когда-либо породила женщина. В печали родила я, печален первый мой тебе привет, и ради тебя мне грустно умирать. И так как ты явился на свет от печали, Тристан и будет тебе имя[1].

Так сказав, она поцеловала его и как поцеловала, скончалась. Роальд Твердое Слово взял на воспитание сироту. Уже воины герцога Моргана окружили замок Каноэль. Как было Роальду долго выдержать войну? Правду говорят: «Отчаянность – не храбрость». Пришлось ему сдаться герцогу Моргану. Но из боязни, чтобы Морган не умертвил сына Ривалена, конюший выдал его за собственного ребенка и воспитал со своими сыновьями.

Спустя семь лет, когда наступило время взять мальчика из рук женщин, Роальд вверил его мудрому наставнику, славному оруженосцу Горвеналу. Скоро обучил его Горвенал искусствам, какие приличествовали баронам: как владеть копьем и, мечом, щитом и луком, бросать каменные диски, перескакивать одним прыжком широчайшие рвы; научил его ненавидеть всякую ложь, всякое вероломство, помогать слабым, держать данное слово; обучил всякого рода пению, игре на арфе и охотничьему делу. Когда мальчик ехал верхом среди юных оруженосцев, то казалось, что его конь, оружие и он сам составляли одно целое и нельзя было их разделить. Глядя на него, столь прекрасного, мужественного, широкоплечего, тонкого в талии, сильного, верного и храброго, все славили Роальда, что у него такой сын. А Роальд, памятуя о Ривалене и Бланшефлер, юность и прелесть которых оживала перед ним, любил Тристана как сына и втайне чтил его как своего повелителя.

Случилось так, что вся его радость окончилась в тот день, когда норвежские купцы, заманив Тристана на свой корабль, увезли его как славную добычу. Пока они плыли к неведомым странам, Тристан метался как молодой волк, попавший в капкан. Но известно по опыту, – и все моряки хорошо это знают, – что море неохотно носит корабли вероломных и не помогает похищениям и предательствам. Гневное поднялось оно, объяло корабль мраком и гнало его восемь дней и восемь ночей куда попало. Наконец моряки увидели сквозь туман берег, изрезанный утесами и подводными рифами, о которые должно было разбиться их судно. Они покаялись, поняв, что море разгневалось на них из-за этого ребенка, похищенного ими в недобрый час. Они дали обет отпустить его на волю и оснастили лодку, чтобы высадить его на берег. Тотчас же стихли ветры и волны, просияло небо; в то время как корабль норвежцев исчезал вдали, успокоенные и смеющиеся воды отнесли лодку Тристана к песчаному берегу.

С большим трудом взобрался юноша на утес и увидел, что за холмистой и пустынной степью простирается бесконечный лес. Он сокрушался, сожалея о Горвенале, Роальде, своем отце, и о земле Лоонуа, как вдруг далекий звук охотничьего рога и оклики развеселили его сердце. На опушке леса показался прекрасный олень. Свора собак и охотники неслись по его следам, голося и трубя. Но когда несколько ищеек повисло на загривке зверя, он пал, в нескольких шагах от Тристана, на задние ноги при последнем издыхании, и один из охотников ударил его копьем. Между тем как, собравшись в кружок, они трубили об удаче, Тристан с удивлением увидел, как старший охотник полоснул оленя по горлу, словно сбираясь его перерезать.

– Что делаете вы, господин мой? – воскликнул он. – Пристало ли свежевать столь благородное животное, как свежуют заколотую свинью? Разве таков обычай этой страны?

– Друг мой, – ответил охотник, – что сделал я таксе, что могло бы тебя удивить? Да, я отниму сначала голову оленя, потом рассеку тушу на четыре части, которые мы и отвезем, привязав к луке наших седел, королю Марку, нашему повелителю. Так поступаем мы; так поступали жители Корнуэльса со времен древнейших охотников. Если, однако, тебе знаком более достойный обычай, покажи нам его: вот тебе нож, друг мой, мы охотно у тебя поучимся.

Онлайн чтение книги Тристан и Изольда Tristan & Isolde
Тристан блуждает по морю

К Тристану пригласили врачей; они принялись лечить его разными травами, и через малое время все его раны зажили, кроме той, куда проник яд.

Так мучился в ту пору Тристан и страдал, что не знал покоя ни днем, ни ночью; он не принимал пищи и совсем исхудал. От раны его исходило такое зловоние, что никто, кроме Гувернала, не мог оставаться с ним рядом. А Гувернал ухаживал за ним, не гнушаясь ничем. И оплакивал он Тристана и печалился столь великой печалью, что жалко было на него смотреть. И тот, кто видел Тристана прежде, не узнал бы его теперь, так он стал плох. И все добрые люди сокрушались и говорили:

– Ах, Тристан, вот какой ценой пришлось тебе заплатить за свободу Корнуэльса! Смертной мукой обернулось для тебя то, что принесло нам великую радость!

Однажды Тристан лежал в своей постели, такой исхудавший и бледный, что жалость брала всякого, кто бы на него ни взглянул. И была подле него одна дама, и горько оплакивала она его, и говорила:

– Тристан, диву даюсь я тому, что ни у кого не испросите вы совета о вашей судьбе. Будь я на вашем месте, я отправилась в иные края, раз не могу обрести исцеления в этой стране. Как знать, не помог бы мне там господь или кто другой?

– Госпожа моя, – молвит Тристан, – но как это сделать? Я не могу ехать верхом и не потерплю, чтобы меня несли на носилках.

– Ах, Тристан, – отвечает дама, – я вам в том не советчица. Пусть сам господь вас надоумит!

И с тем она вышла от него.

И Тристан попросил, чтобы его перенесли к окну, из которого было видно море. И долго смотрел вдаль и предавался раздумьям. И, поразмыслив, позвал к себе Гувернала и молвит ему:

– Отправляйтесь к моему дяде и скажите ему, что я хочу с ним поговорить.

Читать еще:  Айфон 7 32 или 128 гб какой выбрать

Гувернал пошел и королю и сказал:

– Сир, Тристан хочет с вами поговорить.

И король пришел к нему и спросил:

– Милый племянник, чем я могу помочь вам?

– Сир, – молвит Тристан, – я хочу попросить вас об одной услуге, которую вам нетрудно будет мне оказать.

– Как бы трудно это ни было, – отвечает король, – я окажу ее вам, ибо нет ничего на свете из того, чем я обладаю, ни великой вещи, ни малой, что я пожалел бы для вас.

– Сир, – говорит Тристан, – много мук и тягот вытерпел я с тех пор, как сразил Морхульта и освободил Корнуэльс. Но все понапрасну: в этой стране я не могу ни жить, ни умереть. И раз это так, хочу я отправиться в иные края: кто знает, не будет ли угодно господу послать мне исцеление там, если он не послал его здесь?

– Милый племянник, – отвечает король, – но как же отправишься ты в иные края? Ты не в силах ни ехать в седле, ни идти пешком и не потерпишь, чтобы тебя несли на носилках.

– Дядя, вот каково мое желание: прикажите построить для меня крепкую лодку с парусом, которым я смогу управлять по своему желанию, и шелковым пологом, что послужит мне защитой от солнца и дождя. Потом прикажите нагрузить ее съестными припасами, чтобы было мне чем поддержать себя в долгом плаванье. И еще положите туда мою арфу, роту [12] Музыкальный инструмент с пятью струнами, кельтского происхождения, распространенный в Западной Европе XI—XIII вв. и все мои инструменты. Когда все будет готово, поставьте туда мое ложе, перенесите меня на него и отпустите лодку в море. И я поплыву по нему, одинокий и всеми забытый. И если господу будет угодно, чтобы я утонул, великим утешением покажется мне смерть, ибо давно уже изнемог я от страданий. А если мне удастся выздороветь, я вернусь в Корнуэльс. Вот чего я хочу. И молю вас со слезами на глазах, чтобы вы поторопились и чтобы лодка моя была готова как можно скорее, ибо не будет мне радости до тех пор, пока не исполнится мое желание и не выйду я в море.

Когда Тристан кончил свои речи, зарыдал король и говорит ему:

– Милый племянник, неужто вы хотите покинуть меня?

– Я не могу поступить иначе, – отвечает Тристан.

– А что станется с Гуверналом? – спрашивает король. – Если бы взяли вы его с собой, это было бы вам немалой подмогой.

– Конечно, – молвит Тристан, – но только не хочу я теперь подмоги ни от кого, кроме господа. А что до Гувернала, то, если я умру, пусть отойдет ему моя земля, ибо он столь знатного рода, что сумеет ею управлять, когда примет рыцарское посвящение.

Понял король, что не переспорить ему Тристана; и вот приказал он построить лодку согласно замыслу своего племянника. И когда судно было построено и оснащено, в него перенесли Тристана.

Вовеки не было видано столь великой скорби, как при этом отплытии! И когда увидел Тристан, как все о нем горюют, невмочь ему стало медлить. Приказал он столкнуть лодку в море и поднял парус. И за малое время отнесло его так далеко от берега, что уж не разглядеть ему было ни короля, ни своих друзей, а им его – и подавно.

Две недели блуждал Тристан по морю, пока не прибило его ладью к берегам Ирландии, неподалеку от замка Хесседот [13] Это название замка встречается только в прозаических версиях романа о Тристане (иногда в варианте Хосседок). .

Там обитал ирландский король [14] Здесь он зовется Ангеном (в других рукописях – Ангуином или Хангуином, что, пожалуй, более верно). и его жена, сестра Морхульта.

И дочь их, Изольда, жила вместе с ними. И была эта Изольда прекрасней всех женщин на свете, и не сыскалось бы в те времена никого, кто превзошел бы ее в искусстве врачевания, ибо ведомы ей были все травы и их свойства. И минуло ей в ту пору четырнадцать лет.

Когда Тристан очутился в гавани, исполнилось радости его сердце, оттого что увидел он перед собой неведомую землю, и еще оттого, что избавил его господь от гибели в морской пучине. Тогда взял он арфу, настроил ее и принялся наигрывать столь сладостную мелодию, что ею заслушался бы всякий, кто ее услышал.

Ведь тогда у рыцарей, томимых печалью, была привычка играть на арфе и петь [15] В действительности обязательно обучались игре на арфе профессиональные певцы – жонглеры. Умением играть ни музыкальных инструментах и петь владели лишь редкие представители высшего общества, хотя это считалось благородным занятием; обучение музыке входило в программу подготовки идеального рыцаря, о чем не раз писалось в куртуазных романах и трактатах эпохи, но что крайне редко осуществлялось на деле. , чтобы разогнать тоску.

Долго играл Тристан и окончил свою игру на грустный лад:

Я сердце потерял, плененный.

Израненный, без рук, без ног,

Я без любви живу, влюбленный.

И что ж! Умру неисцеленный?

Умру, влюбленный, без любви.

Но нет! Велит любовь: «Живи!»

Любовь пытает, сокрушает.

Любовь казнит и воскрешает.

Любовью был мой путь направлен.

Весь век охочусь я за нею.

Себе признаться я не смело,

Что сам я, словно зверь, затравлен.

Однажды счастье посулив,

Любовь мне принесла напасти,

Однако у нее во власти

Останусь я, пока я жив.

Король стоял у окна и слышал эти звуки; видел он и приставшую к берегу ладью, столь дивно оснащенную, что можно было подумать, будто она приплыла из страны фей. Он указал на нее королеве.

– Сир, – молвит королева, – пойдемте и с божьей помощью узнаем, что это такое.

И вот король и королева, одни, без свиты, вышли из дворца и отправились на берег. И слушали Тристана до тех пор, пока тот не кончил игру и не положил подле себя свою арфу.

И тогда спросил он их, как зовется та земля, куда он прибыл.

– Клянусь честью, – отвечает король, – это Ирландия.

Тут пуще прежнего опечалился Тристан, ибо понял, что, если узнают в нем убийцу Морхульта, не миновать ему смерти. И король спросил у него, кто он таков.

– Сир, – молвит в ответ Тристан, – я бедный и больной человек из города Альбины, что в королевстве Лоонуа. Я пустился наугад по морю и прибыл в эту землю в надежде отыскать здесь исцеление от своего недуга. Ибо пришлось мне испытать столько мук и страданий, сколько не доводилось вынести никому, и до сих пор томлюсь я от них так, что лучше бы мне было умереть, чем изнывать от этого недуга!

– Рыцарь ли вы? – спрашивает у него король.

– Да, сир, – отвечает Тристан.

Тогда молвит ему король:

– Оставьте же ваши тревоги, ибо прибыли вы в такое место, где сможете отыскать исцеление: есть у меня дочь, весьма сведущая во врачебном искусстве, и если кому-нибудь суждено вас вылечить, то кому, как не ей, это сделать? Я попрошу ее позаботиться о вас во имя божие и во имя милосердия.

– Да возблагодарит вас господь, сир, – молвит Тристан.

Король и королева вернулись во дворец. И призвал король своих слуг и приказал им отправиться на берег за бедным рыцарем, перенести его в королевские покои и уложить на мягкую постель. И те исполнили все, что им было приказано. И когда уложили Тристана в постель, король попросил Изольду осмотреть его; и та осмотрела и бережно ощупала его раны и приложила к ним целебные травы. И сказала ему, чтобы он ни о чем не беспокоился, ибо скоро с божьей помощью станет совершенно здоров.

Читать еще:  Какую породу кошек выбрать для ребенка в квартиру

Десять дней пролежал томимый недугом Тристан в отведенном ему покое. И десять дней не отходила от него Изольда, но ему становилось все хуже и хуже, ибо травы не приносили ему ничего, кроме вреда. И, увидев это, изумилась Изольда и прокляла свои знания и свое врачебное искусство. И сказала себе, что ничего не смыслит в том, в чем мнила себя самой сведущей на свете.

Но потом пришло ей на ум, что одна из ран Тристана могла быть поражена ядом и оттого не поддается лечению. И сказала она себе, что если это так, то ей непременно удастся исцелить Тристана, а если нет – ей остается только опустить руки, а его уже ничто не спасет.

Тогда приказала Изольда вынести его на солнце, чтобы осмотреть эту рану как можно внимательней, и, осмотрев, убедилась, что одна и впрямь поражена ядом, и воскликнула:

– Ах, сир! Копье, которым нанесли вам эту рану, было отравлено. Вот почему не смогли залечить ее те, кто за это брался: ведь не знали они о яде. Но теперь, когда я знаю, в чем дело, мне, с божьей помощью, нетрудно будет поставить вас на ноги; можете в том не сомневаться.

Весьма обрадовался Тристан ее словам. А она отправилась за теми снадобьями, что, по ее разумению, больше всего подходили для того, чтобы изгнать яд. И трудилась не покладая рук до тех пор, пока не был он изгнан. И Тристан поднялся на ноги, начал есть и пить, и стала возвращаться к нему сила и красота. Столь прилежно ухаживала за ним Изольда, что не прошло и двух месяцев, как он совершенно выздоровел и стал еще краше, чем прежде.

И тогда решил Тристан, что пора ему возвращаться в Корнуэльс, ибо, если дознаются ирландцы, кто он такой, не миновать ему позорной и мучительной казни за то, что убил он Морхульта.

Тристан и Изольда. Любовь, которую не смогли выжечь каленым железом

Почему старинная кельтская легенда до сих пор не оставляет людей равнодушными?

“Тристан и Изольда”, художник Д.Дункан. artchive.ru

Один из самых популярных сюжетов западноевропейской литературы о любви и смерти Тристана и Изольды уже несколько веков вызывает интерес у историков, писателей, поэтов и, конечно, у миллионов влюбленных. Авторами этой красивой и трагической легенды о корнуэльской королеве и юноше из британского герцогства Лоонуа стали кельты. Схожие сюжеты о влюбленных встречались еще в античности, но именно кельтский вариант в разных обработках французских и немецких романистов обеспечил этой истории любви невероятную популярность длиной в много веков.

Иллюстрация к книге «Тристан и Изольда», художники А. и Е.Бальбюссо. luerzersarchive.com

Факт: В 80-е годы прошлого века на спутнике Сатурна Мимасе в честь влюбленных были названы два кратера. Впервые же именем несчастной Изольды назвали астероид еще в 1879 году.

Кельтские Ромео и Джульетта

В каком же виде легенда, основу которой дали реальные события, произошедшие после падения Римской империи, дошла до наших дней? Конечно, она немного видоизменилась, во многом благодаря стараниям писателей и переводчиков, в разных версиях некоторые события описываются по-разному. Но в XXI веке чувства и драма юных влюбленных оказываются гораздо важней исторических подробностей.

Главный герой Тристан, сирота, воспитывается в семье друга погибшего отца, корнуэльского короля, лорда Марка. Став храбрым рыцарем, он принимает участие в битве против ирландской армии. После ранения его спасает дочь местного короля, Белокурая или, как ее еще называют, Златовласая Изольда.

По возвращении домой Тристан выигрывает турнир, защищая честь лорда, и узнает, что женой короля-победителя станет та самая принцесса Изольда. Он должен был сам привезти девушку своему покровителю. В пути служанка по ошибке дала Тристану и Изольде любовный напиток, который король и его невеста должны были выпить в первую брачную ночь.

С той минуты Тристан и Изольда полюбили друг друга. Даже выйдя замуж, девушка продолжила под страхом смерти встречаться с возлюбленным. Однажды король застал их вместе и задумал провести публичный суд. Он потребовал, чтобы супруга дала клятву, что была лишь в его объятиях и в подтверждение своих слов взяла в руки кусок раскаленного железа. Она же призналась в измене. Лорд прогнал влюбленных, но затем вернул их обратно (по одной из версий он вернул лишь Изольду).

Мучаясь выбором между любовью и долгом, Тристан отправляется в странствие и в итоге женится тезке своей возлюбленной, Изольде Белорукой. Однажды враг попадает в него отравленной стрелой и Тристан, предчувствуя смерть, просит друга привезти Златовласую Изольду попрощаться. Жена подслушивает разговор и из ревности и мести говорит ослабевшему мужу, что друг возвращается на корабле с черными парусами — знаком того, что возлюбленная не приехала. От горя Тристан умирает, а у приплывшей Изольды от горя разрывается сердце. Их хоронят рядом. А за ночь из могилы Тристана вырастает куст терновника, ветви которого врастают в могилу Изольды. Таким образом влюбленные не разлучаются и после смерти.

Фильм в одночасье сделал исполнителя главной роли Жана Маре звездой европейского кино

Литературное бессмертие

История любви героев рыцарского романа стала известна еще в VIII веке. Она стала одним из самых распространенных и любимых сюжетов средневековой поэзии у всех народов Западной Европы. В 1140 году сагу о Тристане и Изольде переложили во французский роман, ставшим источником всех известных литературных обработок.

В течение нескольких веков повестью о пылкой и трагической страсти зачитывалась вся Европа. Литературные изложения легенды нашли отражение в итальянской, новогреческой, испанской, норвежской, польской, чешской и даже в белорусской литературе.

Факт: Белорусская повесть «Аб Трыщане и Ижоце» входит в состав Познанского сборника, датируемого 1580 годом.

В XIX веке историю «о любви господина Тристана и прекрасной Изольды с печальным концом» повсеместно описывали в лирике, прозе и драматургии. Для современного читателя самыми известными версиями стали посвященная несчастным влюбленным поэма Вальтера Скотта, опера Рихарда Вагнера «Тристан и Изольда» (1864) и роман-реконструкция ученого начала XX века Жозефа Бедье.

Факт: Возлюбленная Козима, дочь композитора Ференца Листа, родила Вагнеру дочь, которую назвала Изольдой.

Имена героев быстро превратились в синонимы истинно любящих. Тристанами и Изольдами в Европе несколько столетий массово называли детей. Европейские художники и ремесленники неплохо зарабатывали на жизнь благодаря легенде — сцены из романа изображали на фресках, коврах, занавесях, посуде, мебели.

Новая история Тристана и Изольды

В 1943 году французский режиссер Жан Делануа снял художественный фильм-вариацию о роковой любви по сценарию Жана Кокто «Вечное возвращение», действие которой перенес в первую половину XX века. Позднее по мотивам истории Тристана и Изольды сняли сериал, художественный фильм с одноименным названием и даже мультипликационный фильм. Сюжет легенды многократно перерабатывался, во многих произведениях Тристану с Изольдой сохранили жизнь. Влюбленных увековечили и самые известные художники – от средневековых классиков до авангардиста Сальвадора Дали. Стараниями последнего знаменитые персонажи предстали в совсем уж необычном виде. Но главное – легенда продолжает жить.

«Тристан и Изольда», художник С.Дали, 1944 г. www.artchive.ru

Ссылка на основную публикацию